­­Десять и одна ночь
в Иордании

Этим летом Лена Бобровская по приглашению партнерской организации West-East Bridges Foundation побывала на Ближнем Востоке. Вместе с участниками проекта Integration and Socialization - представителями общественных организаций из разных стран, работающих с мигрантами и беженцами. Посмотреть на новых соседей с другой стороны, познакомиться с культурой региона - такова была цель ознакомительной поездки. С какими стереотипами пришлось расстаться, нашлись ли пути совместимости, что думают о работе с мигрантами и беженцами представители разных стран - в статье Елены.

Я работаю в сфере развития международного и межкультурного диалога и сотрудничества последние 17 лет, фасилитирую мастерские, семинары, встречи, координирую международные проекты, работаю над образовательными концепциями проектов и программ. Люблю работать с мультипликаторами и специалистами.

Область моих компетенций - неформальное образование, гражданское образование, межкультурная коммуникация, молодежная работа. Активно интересуюсь темой развития городских пространств и местных сообществ.

С 2005 года являюсь директором общественной организации "ИНТЕРРА", поэтому мне близка тематика развития некоммерческого сектора, общественных объединений и организаций.
Член Ассоциации российских тренеров АРТа и международного тренерского пула Коллегии имени Теодора Хойсса.

Елена Бобровская
Текст и фото
1
Нити
Сегодня ровно месяц, как я покинула Иорданию. Но все по-прежнему ярко, а в чем-то и объемнее. Потому что разум всегда выкидывает с нами этот фокус - когда ты чем-то интересуешься, то встречаешь эту тему на каждом шагу, кажется, весь мир о ней кричит и связан с нею тысячами тончайших невидимых нитей или толстенных явных канатов. Я месяц живу под напором новостей, разговоров, фильмов, статей, предметов, упоминаний о Ближнем Востоке. И у моих новостей теперь есть привязка к личному опыту на месте и к конкретным людям, что дает другую перспективу, другое восприятие. В этом по сути и был основной смысл проекта, в котором мне случилось поучаствовать. Суть и ценность такой ознакомительной поездки (study visit) – почувствовать состояние беженцев и мигрантов с Востока, которых многие склонны считать дикой ордой с Востока, ведущей Запад к гибели. Попытаться понять новых соседей. Сломать какие-то свои предрассудки. Увидеть пути совместности.


2
Зачем ЕС финансировать такие проекты?
Я часто сталкиваюсь с непониманием того, зачем Европейский Союз финансирует такие проекты. ЕС – в нашем случае программа Erasmus+. Ну какой толк вбухивать, несколько десятков тысяч евро в то, чтобы представители общественных организаций из нескольких стран - в нашем случае из Нидерландов, Германии, Великобритании, Швеции, Греции, Эстонии, Турции и Марокко - съездили посмотрели другую страну, обменялись очень разным опытом работы с мигрантами и беженцами, порассуждали на тему, а что можно делать для "светлого будущего". Не лучше ли отдать эти деньги какой-то общественной организации, которая бы и работала непосредственно с мигрантами и беженцами? Но это разные уровни задач. Да, организации, работающие с беженцами, надо финансировать. Но как заинтересовать те организации, что еще не работают с беженцами? Как замотивировать их интегрировать беженцев и мигрантов в свою деятельность? Как вести широкую просветительскую деятельность среди населения по преодолению предрассудков и дискриминации в отношении «некоренных» и «не таких»? Как продвигать идеи малых организаций вверх – до европейской бюрократии, и напротив – как продвигать идеи с общеевропейского метауровня до «обычных» людей. Семинары Erasmus+ - один из инструментов для решения этих задач. Благодаря этой программе мы работаем с активными НКО в разных странах Европы, даем работающим там шанс осмысления сложных проблем, возможность получения нужных контактов, опыта, мотивируем – и, в конечном итоге, получаем изменение в работе самих НКО и распространение идей от человека к человеку, постепенно, шаг за шагом меняем общественное мнение и установки.
3
Кто лучше всех? Где центр мира?
Когда стоишь в древней Петреи видишь вживую слои ушедших цивилизаций, то как-то по-другому ощущаешь устройство мира. Ну конечно, все мы знаем про карту Меркатора. Ну конечно, мы в курсе какой-то части исторических перипетий и помним, где колыбель авраамических религий. И конечно, мы наблюдаем, кто, когда и как перехватывает экономическую эстафету в нашей планете, как смещаются полюса влияния и власти в этом мире. Но знать все это – одно, а походить по древней земле минувших цивилизаций – совсем другое. Такие проекты - полезное занятие для сбивания снобизма, для ирритации в своих устоявшихся стереотипах, восприятиях и привычках. Ты вдруг чувствуешь, какой культурный пласт стоит за теми, кто сейчас живет с тобой по соседству. Как впрочем чувствуешь и то, что в этом мире деньги, слава, дворцы и соборы - в конечном счете - глыбы историй. Они ни от чего не спасают и не защищают. И египтян и ассирийцев и европейцев. Центр мира – явление неустойчивое. Он кочует. Нет и не будет одного единственного.
4
Будни и цивилизации
В Иордании любят крыши. На них нет садов, как в Марокко. Слышу это неоднократно от участников из Марокко и тех, кто успел побывать у них в гостях. Садов вообще мало. Пустыня. Полупустыня. А на крыше сидеть уютно. Там, собственно, и проходят наши вечерние занятия. Смотришь вниз на вечернюю уличную суету, которая в старом городе не прекращается часов до трех ночи (пятничный концерт закончился ровно в 24.00, но и после было людно). Или новую луну над крутыми холмами с каскадами плоскокрышных домов. Или ястребов, которых сердобольный хозяин заведения купил на незаконном птичьем рынке и подращивает, чтобы выпустить на волю. И вот он, момент когнитивного диссонанса – укутанные в хиджаб женщины, молитвенные коврики… прямо у античных стен шеститысячного древнеримского амфитеатра. Вокруг этих развалин концентрируется, кажется, вся нынешняя амманская вечерняя общественная жизнь. И яркая подсветка в душном воздухе сливается с призывами к намазу с десятков и десятков минаретов… Эти пересечения цивилизаций повсюду. Так в Аммане. Так в Мадабе, где ранние христианские церкви и мозаики – самые посещаемые археологические памятники. Так на горе Небо, где умер Моисей, успев показать землю обетованную своим соплеменникам. Так в Петре, где в одном пространстве бедуинская, идумейская, набатейская, греческая и римская культуры… Смена и наслоения цивилизаций.
5
Радикальный индивидуализм
Я всегда интересовалась исламом, любила турецкие и арабские сказки, истории про взаимоотношения Европы и Азии, листала «Восточную коллекцию», много общалась с друзьями и знакомцами из исламских регионов. И все же картинка арабского мира в моей голове была несколько иной. Вернее так: была слишком цельной и абстрактной, а стала раздробленной, но более реальной. Так всегда – чем ближе ты узнаешь страну, тем больше жизненных сценариев и вариаций появляется в голове. И я все больше склоняюсь к радикальному индивидуализму: национальная культура (какие-то ее части) – лишь часть человека, а есть еще гены от предков, личный социальный опыт и множество идентичностей. Так что нет единого набора признаков, абсолютных для всех народов, тем более для беженцев, в частности для всех арабов. Есть бесконечное количество вариаций.

В одной иорданской семье одна сестра ходит в платке, другая без и занимается кунг-фу, в одном бедуинском роду кто-то работает жиголо для туристок, а кто-то делает общественную организацию. На одних ступенях у стен древнеримского амфитеатра сидит тот, кто создавал современный стрит-арт, и консервативный отец семейства.

В нашем нынешнем времени важнее не только страна, но и социальная группа, род деятельности, личный опыт, усвоенные ценности.

Вот если спросишь, что есть успешный мужчина или успешная женщина в твоей культуре, то ответ будет один. А если спросишь, что значит женская и мужская успешность лично для тебя, то ответ почти всегда будет существенно отличаться. Но случается какое-то эфемерное коллективное представление, которое потом все же часто становится реальностью…
6
Поиграем?
Обсуждаем в группе, к примеру, что было бы типичной реакцией в ситуации коррупционности налогового инспектора. В подгруппе «Западная Европа» единение – "No way", в «Восточной Европе и Балканах» – "How much?". Для меня неожиданна реакция «Ближнего Востока»: "Мы будем апеллировать к высшим инстанциям и вышестоящим людям". Вообще, интересные случились результаты в этом задании. Хотите проверить себя, что вы думаете о разных культурных группах и что эти группы думают о себе? Давайте.

Четыре группы: «Западная Европа», «Восточная Европа» «Страны Магриба и Турция», «Ближний Восток».
Попробуйте сказать, а лучше запишите, какая реакция будет в этих четырех обществах в следующих ситуациях:

1) Налоговый инспектор намекает, что с вашей отчетностью и бухгалтерией могут возникнуть серьезные проблемы, но если заплатите ему, то их не будет.

2) Ваша племянница собирается вечером куда-то с неизвестными вам парнями, и одета она на ваш взгляд несколько не правильно.

3) На международном тренинге для молодежи вы выясняете, что ваш сосед по комнате – гомосексуалист / соседка по комнате – лесбиянка.

4) Вы что-то пообещали, но теперь не можете выполнить обещание.

5) Полицейские всячески препятствуют проведению митинга на площади, на который вы пришли.

А теперь можете проверить свои предположения. Вот ответы, которые мы получили:
1. Налоговый инспектор намекает, что с вашей отчетностью и бухгалтерией могут возникнуть серьезные проблемы, но если заплатите ему, то их не будет.

  • Западная Европа: "Забудь. Этому не бывать"
  • Восточная Европа: «Сколько?"
  • Страны Магриба и Турция: "Дадим взятку"
  • Ближний Восток: "Мы будем жаловаться в выше стоящие инстанции"

2. Ваша племянница собирается вечером куда-то с неизвестными вам парнями, и одета она на ваш взгляд несколько не правильно.

  • Западная Европа: "Отпустим, но обсудим наряд и дадим денег на такси"
  • Восточная Европа: "Сначала будет конфликт, но потом все равно отпустим"
  • Страны Магриба и Турция: "Запрем ее дома и сообщим родителям"
  • Ближний Восток: "Не отпустим, но ребят пригласим в гости, чтобы познакомиться поближе"
3. На международном тренинге для молодежи вы выясняете, что ваш сосед по комнате - гомосексуалист / соседка по комнате – лесбиянка.

  • Западная Европа: "Меня это не касается и не волнует, мне без разницы"
  • Восточная Европа: "Мне будет безразлично, если только он/она не приближается ко мне"
  • Страны Магриба и Турция: "Открытой реакции не последует, но будут обсуждения со своей отправляющей организацией, на пример"
  • Ближний Восток: "Попрошу поменять комнату, чтобы не жить вместе"

4. Вы что-то пообещали, но теперь не можете выполнить обещание.

  • Западная Европа: "Как можно скорее сообщу об этом и извинюсь, попробую найти решение"
  • Восточная Европа: "Извинюсь, попробую предложить альтернативу"
  • Страны Магриба и Турция: "Извинюсь, буду чувствовать себя крайне неловко"
  • Ближний Восток: "Извинюсь, постараюсь найти другое решение
5. Полицейские всячески препятствуют проведению митинга на площади, на который вы пришли.

  • Западная Европа: "Если я как частное лицо на этом митинге, то скорее всего пройто уйду, а если я в организации или какой-то группе, то постараюсь - вместе с другими - блокировать полицейских и буду звонить в полицию"
  • Восточная Европа: "Скорее всего будет конфликт на словах, ругань"
  • Страны Магриба и Турция: "Открытая конфронтация или игнорирование"
  • Ближний Восток: "Продемонстрирую им, что они неправы"

Однако, если будете склонны судить о каком-то конкретном человеке по этим нашим результатам, читайте предыдущий раздел. И стоит помнить о массе других ловушках мышления и социально-психологических эффектах. Мы тоже делали на них опору при интерпретации результатов.
7
Сирийцы в Иордании
Мир очень озабочен сирийскими беженцами в Европе. Однако если посмотреть на количество беженцев в Турции, Иордании, Ливане (да хоть в Википедии – порядок цифр верен), то картинка переворачивается. Подавляющее большинство беженцев остается в регионе – все-таки это более близкая культурно-бытовая среда, одна религия. И если бегут в Европу – то от отсутствия перспектив на месте. И представьте, какая нагрузка реально ложится на эти прилегающие к Сирии страны в сравнении с экономикой, количеством населения и т. п.

Все те сирийцы, с которыми мы встречались, надеются вернуться на родину. И если бы война закончилась, многие ринулись бы домой. Все уповают на политическое решение конфликта, так как силовыми методами – как показывает практика – проблему не решить. В одной из общественных организаций, с сотрудниками которой мы встретились в их офисе - Auranitis Life Line - работают в основном сирийцы. Будучи в оппозиции к официальному правительству и побывав в тюрьме за оказание медицинской помощи пострадавшим после военных действий, директор этой организации бежал из Сирии, опасаясь за жизнь своих детей, и осел в Иордании.Он отказался от предложения переехать в Соединенные Штаты. Не уехал в благополучную жизнь, потому что была и есть потребность работать в регионе на преодоление кризиса. Теперь у него с единомышленниками множество гуманитарных проектов, которые они делают в Сирии: от инфраструктурных - для больниц и школ - до образовательных. Ведь когда-то война кончится, и тогда станет понятно, какую проблему представляет целое поколение людей без образования. Вот здесь можно посмотреть видеоинтервью с ним.

Среди участников проекта была замечательная дама из Сирии. Три высших образования. Обожает детей, профессионал в сфере педагогики и психологии. Профессор университета в Аммане. Три года как бежала от войны. Семья разбросана по разным странам. Многих уже семь лет не видела. И это еще хорошая ситуация. Зачастую у других смертей, боли и слез больше. Чем спасается от тоски? Волонтерит в общественных инициативах – работает с ребятишками.
Или вот еще Jadal Project, маленькое уютное кафе в историческом центре Аммана, где мы бывали каждое утро, пока нещадное послеобеденное иорданское солнце не выталкивало нас с уютного внутреннего дворика. Такое абсолютно хипстерское место – с чувством стиля, ценностью общественных пространств и сообщества, с афишами концертов и лекций по критическому осмыслению ислама, с европейскими волонтерами и вкуснющими обедами. Обеды эти для нас готовила семья из местной сирийской общины, подрабатывая таким образом. Симпатичная глазастая девчонка в черном платке помогает матери.Она несколько раз в неделю приходит в кафе на уроки английского и собирается участвовать в детском летнем лагере, который Jadal Project планирует устроить для детей беженцев и местных ребят.

В полевой же лагерь для беженцев нас не пустили. Опасно это, видимо. Для кого?

8
Вызовы и шансы
Обсуждаем в группе, какие вызовы и шансы дает приток мигрантов и беженцев.

Есть мысль, которая мне очень импонирует: мигранты – это не несчастный, не сумевший обустроиться у себя на родине балласт, а напротив – смелые, не боящиеся попробовать новое, настроенные на преодоление трудностей люди. И эту энергию надо уметь правильно использовать.

Конечно, мы больше всего на тренинге говорили про работу с беженцами. У многих в группе свой солидный опыт. Кто консультирующий юрист, кто с сообществами работает, кто на турецко-сирийской границе в самой гуще потока, а кто в Марокко с беженцами работает. Есть и такие, кто еще студент и мало что о проблеме беженцев знает. Но для всех тема близка – через работу, друзей, знакомых, улицу.

На следующий день после начала тренинга случается Ницца. А еще через день – попытка переворота в Турции. А еще британских коллег – ну конечно же – все расспрашивают о брексите. И как ни крути, все ситуации связаны с беженцами. Неинтегрированность, несоциализированность мигрантов и беженцев может быть благоприятной почвой для повышения террористической угрозы, расцвета криминала и дискриминации, усиления ксенофобских и правых радикальных настроений в обществе, для появления радикальных националистических группировок, для желания твердой руки в наведения порядка. Но главная опасность – не столько со стороны беженцев, сколько в изменении самого общества – в его радикализации, поляризации, склонности к изолированию неугодных, скатывании к уровню разделения людей на своих и чужих. Однако просматриваю опять записи с семинара, а там многими участниками озвученная мысль о том, что беженцы определенный шанс для проявления гуманности, человечности. Для закрепления именно этих ценностей в нашем обществе. Да, возможно, этот шанс солидарности отнимет что-то от того чрезмерно высокого европейского жизненного стандарта, к которому многие привыкли, но он даст больше качества в других аспектах жизни – в радости разнообразия, в энергетике и вкусе к жизни, в рождении новых форм при слиянии старых, в новой динамике, в обновлении в целом.
9
А что в наших силах?
Дальше размышляем по поводу роли гражданского общества во всей этой истории с мигрантами и беженцами. Есть несколько пунктов, на которых мы сошлись. И вроде нет в них ничего принципиально нового – такие вещи часто звучат с европейских трибун, но важно, что это консолидированное мнение представителей разных стран и разных организаций – некое общее видение. И по сути эти пункты – критика имеющейся ситуации – болевые точки, ямы, в которых общество и правительство пока проваливаются. Это оценка ситуации и призыв к поддержке со стороны официальных инстанций и к действию со стороны общества.

Примечателен такой момент – разные страны иногда очень по-разному оценивают сферу ответственности гражданского общества. Участники из Германии заявили, что гражданское общество – ну конечно же – должно формировать повестку дня, задавать векторы, корректировать деятельность правительства в отношении политики беженцев. «Восточный» блок больше сконцентрировался на локальной полевой работе, разграничивая то, о чем должно государство думать и беспокоиться, а что реально сделать гражданам.

Но вы, наверное, уже ждете перечисления этих пунктов. Вот они.
Пропаганда, пропаганда, пропаганда. То есть информирование, просвещение, образование населения – создание противовеса, альтернативы страхам, обвинениям, предрассудкам, дискриминации.

Показывать положительные примеры, успешные истории, локальных героев. Как из числа мигрантов/беженцев, так и из числа тех, кто с ними активно работает.

Вовлекать мигрантов и беженцев возможно раньше в социальную жизнь – через образование, общественные организации, не давать им время на (само)изоляцию. Брать волонтерами, участниками, членами, сотрудниками в свои организации, не отгораживаться от них.

Объяснять пути и варианты обустройства в этой жизни, показывать процедуры и возможные стратегии, но и делать эти варианты реально доступными, менее бюрократизированными для людей. Например, законодательства относительно открытия своего бизнеса в разных странах существенно отличаются. Нужно облегчать пути для самозанятости и самостоятельности.

Работать с местными сообществами. Часто ситуацию можно исправить техничными способами, не доводя до враждебности между соседями. Много работать на атмосферу солидарности, взаимодействия внутри сообществ, между организациями. Создавать условия для знакомства, общения, совместного решения задач.

Слышать людей, признавать проблемы, честно озвучивать их, вместе искать пути.
10
Долгие дороги
Почти все участники могли похвастаться какими-нибудь приключениями на пути в Амман. Мы вот с коллегой долго беседовали с иорданскими пограничниками при въезде из Израиля. Ломаный иорданский английский. То ли тактика по три раза повторяющихся вопросов с целью поймать на несоответствиях, то ли реальное непонимание того, что значит общественная организация, зачем им учиться и взаимодействовать. Но на обратном пути вопросов ко мне уже в израильских аэропортах при наличии иорданской визы в паспорте было еще больше. Еще активнее расспрашивали о контактах, целях и т. д. Нет понимания. Нет доверия. Так что дороги предстоят длинные.

Хочется, чтобы некоторые из них привели еще раз в Иорданию.

Иду по улице. Кто-то теребит меня за рукав. Оборачиваюсь. Милая девчонка лет восьми cтарательно выговаривает: „Welcome in Jordan". Видимо, начала учить английский в школе. Обмениваемся с ее мамой добрыми улыбками. Это „Welcome in Jordan" было по много раз в день. От самых разных людей.
Проект Integration and Socialization прошел 12-20 июля 2016. Организатор: West-East Bridges Foundation
Текст и фото: Елена Бобровская

© 2016 Красноярская региональная общественная организация поддержки и развития альтернативных образовательных технологий и межкультурных коммуникаций
"ИНТЕРРА"


interrasibir.com
Made on
Tilda